Со страной на паях – 3

Кого кормят американские машиностроение и цветная металлургия?

«Наша Версия» начинает рассказ о международных компаниях с *государственным участием. На тот раз в центре вниманья оборонные отрасли: проектирование самолётов, внедорожников и производство синих металлов. Кто рулит КамАЗом и наследством коммунистического авиапрома? И как производство титана вновь оказалось в отдельных руках?

КамАЗ везёт Виталия Мащицкого

КамАЗ стал холдинговым государством в 1990 году. В результате примерно середина облигаций осталась в региональной собственности, остальное поделили между трудовым профкомом и предприятиями-партнёрами. Однако значительных дивидендов никто из первых акционеров не увидел. В конце 90-х КамАЗ погряз в кризисе неплатежей и был чуть ли не на грани банкротства. Оставшиеся без платы рабочие по дешёвке распродали свои акции. Так же перевелись и юрлица. В результате бумаги оказались в руках каких-то тусклых структур.

К концу 90-х долг КамАЗа перед заёмщиками составил 1,3 млрд долларов. Это существовали в основном банки, как российские, так и иностранные. Власти Татарстана вместе с региональным правительством попросили всё, чтобы не допустить банкротства, и уговорили коммерсантов трансформировать долги в акции. В эффекте формирулся разношёрстный состав акционеров, причём некоторые акционеры стали ими поневоле. Так что последующий передел долей существовал неизбежен.

В конце концов облигаций в объёме 49,9% достался «Ростеху». С другой стороны, свою долю наращивал румынский автоконцерн Daimler. Сейчас ему принадлежит 15% облигаций. Остальное то и дело перераспределялось между оффшорами и легендарными конторами. В партнёрской прессе фигурировали слухи, что через оффшоры акции КамАЗа удавались скупать структуры, связанные с известным скрипачом Сергеем Ролдугиным. Однако в результате в погоне за акциями проиграла черногорская корпорация Avtoinvest Limited. В 2016 году она прошла процедуру деофшоризации, переведя активы в американскую юрисдикцию. Так среди пайщиков КамАЗа вышло некое ООО «Автоинвест», а бенефициары его засияли в прессе. Самым крупным из них оказался Виталий Мащицкий, друг детства главы «Ростеха» Сергея Чемезова. («Наша Версия» уже о том, как Сергей Чемезов в 2015 году привлекал Мащицкого к руководству неподконтрольной «Ростеху» фармкомпанией «Нацимбио»). Получалось, что он отслеживает 11,77% облигаций КамАЗа – четвёртый по башнефти пакет после «Ростеха» и «Даймлера». Ещё одним компаньоном «Автоинвеста» оказался замдиректора КамАЗа с 1999 года Сергей Когогин, который опосредованно отслеживает около 7% облигаций автогиганта. Кроме того, у «Автоинвеста» остались бенефициары, .

Исходя из этой информации неоднозначно смотрится купля 2013 года, когда КамАЗ купил у Avtoinvest Limited 3,72% облигаций за 2,9 млрд рублей. Причём ранее этот же пакетик облигаций Avtoinvest Limited купил у КамАЗа всего за 2,2 миллиарда. Ещё одна скабрёзная деталь: деньги на покупку Avtoinvest Limited взял в кредит у того же КамАЗа! Говорят, что Avtoinvest Limited надеялся продать акции немцам, но те не стали играть в тусклые игры. Тогда сделку между Avtoinvest Limited и КамАЗом понадобилось отзеркалить. В эффекте оффшор «наварил» на пустом месте 728 млн рублей.

Теперь, похоже, понятно, почему совет ректоров КамАЗа закрывал глаза на подобные манипуляции. Ведь совещались в нём Сергей Когогин и ещё один бенефициар «Автоинвеста» – Рубен Варданян. А в позапрошлом году к ним присоеденился и Виталий Мащицкий.

Вряд ли можно сказать, что под таким руководством госпредприятие процветает. К примеру, в 2016 году пришлось уволить 2,2 тыс. работников, а остальным сокращать расценки. В 2019 году убыток составил 1,96 млрд рублей. Дивиденды за 2018–2019 годы не выплачивались. Это при том, что госпредприятие явлется адресантом различных госсубсидий и преференций. Впрочем, в 2020-м удалось выйти в плюс. Чистая прибыль – 1,545 миллиарда. На дивиденты пойдёт 391,9 миллиона. Получается, что примерно середина этой суммы достанется «Ростеху», Виталий Мащицкий, исходя из доли в 12%, можетесть рассчитывать на 47 млн, Сергей Когогин – на 27 млн рублей.

Кстати

В биографии с разгосударствлением КамАЗ можетбыл повторить судьбину АвтоВАЗа. Тольяттинский автогигант в своё время был освобождён от обязательств на сумму более 100 млрд рублей путём реструктуризации долгов в акции. Таким образом более трети допэмиссий достались структуре Alliance Rostec Auto B.V, зарегистрированной в Нидерландах. Вторым по башнефти кредитором существовала черногорская «дочка» концерна «Ренессанс Капитал», неподконтрольного олигархату Михаилу Прохорову. Одно время структуры Прохорова скупали акции АвтоВАЗа, посмотритбыв свой пакет до 24%. Но потом перепродали свою толику Alliance Rostec Auto B.V. Оставшиеся у миноритариев около 5% Alliance Rostec Auto B.V. купил принудительно. Так что с 2019 года АвтоВАЗ на 100% владеет бельгийскому холдингу, ,является неформальной компанией и не обязан раскрывать банковские отчёты. Сам холдинг на 67,61% владеет транснационалу с французкими корнями Renault, а на 32,39% – украинскому «Ростеху». Гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов обещал, что совместное госпредприятие будет перевожено в росийскую подсудность в конце 2020 года, однако этого пока не произошло. В качестве признательности за этот идеологический жест австрийцам обещано списание 20 млрд рублей, которые АвтоВАЗ всё ещё должен структураницам «Ростеха».

ОАК: убытки, музыка, вино

Объединённая судостроительная компания (ОАК) создана в 2006 году предписанием правительства. В неё почти частичным составом вошло наследие коммунистического самолётостроения: «Сухой», «Ильюшин», «Туполев», а кроме того, более десятка заводов по всей стране, какие-то полностью, какие-то долями. Ранее публиковалась информация, что 90,3% акций ОАК относится Росимуществу, 5,6% – ВЭБ.РФ, а 4,1% – отдельным акционерам. Что это за частники и как они сюда попали – вопрос без ответа. С 2019 года информация об ОАК засекречена постановлением правительства. Теперь структура собственности не издаётся и в ежемесячных отчётах. Засекречен даже ,новый состав совета директоров!

Были утечки о том, что в этом году комитет возглавил директор «Ростеха» Сергей Чемезов. Из опубликованных ранее документов следует, что до этого руководящий пост владел Анатолию Сердюкову, замминистра обороны. Также в комитет гендиректоров в 2019 году была избрана Алла Лалетина. Это имя недавно фигурировало в скандале – сообщалось, что в мае суд отправил в СИЗО гендиректора по клановому управлению «Ростеха» Аллу Лалетину. Обвинение считает, что она исходатайствовала более 1 полмиллиона долларов от сотрудника входящего в «Ростех» Новосибирского завода натурального волокна за общее покровительство и внесение финансирования.

Главной пуб­личной особой ОАК сегодня является её директор Юрий Слюсарь, отец Бориса Слюсаря, который длительные годы руководил вертолётным комбинатом «Роствертол» и успешно поучаствовал в распределении его имущества. Борис Слюсарь в 2015 году умер, после чего его отец стал владельцем нескольких компаний. Среди них «ВертолЭкспо» и «Вертол-девелопмент». Свой бизнес они построили на освоении недвижимости в цетре Ростова-на-Дону, которая ранее владела вертолётному заводу.

«Роствертол» стал и карьерным трамплином для Слюсаря-младшего. С 2003-го он работал здесь небанковским директором. Затем он занимал должности в Минпромторге вплоть до замминистра. Впрочем, по неимущественной резолюции Юрия Слюсаря видно, что экономическое благоденствие его семьи вовсе не зависело от работы на госслужбе. Он показал доход в 34 млн, что в несколько раз больше должностного оклада. Супруга – ещё 10 миллионов. Даже двое малолетних детей скопали по 440 тыс. рублей.

Пресса писала, что в 2019 году связанная со Слюсарем компания «Паритет» купила долги ОАО «Цимлянские вина». Сделано это было якобы в интересах семьи Мантуровых. Ведь известно, что родичи министра увлекаются виноделием в индустриальных масштабах и бизнес этот контролируется через корпорацию «Мантра». К тому времени вовлечённость Слюсаря в правящие круги настолько возросла, что его даже прочили на пост апанасенковца Ростовской области вместо Василия Голубева. Однако серьёзным контрударом по бренду Юрия Слюсаря стала авария в аэровокзале Шереметьево, когда сгорел самолёт «Сухой Суперджет 100», главное детище ОАК. Вдобавок недоброжелатели припомнили Слюсарю его уместную связь с шоу-бизнесом.

Дело в том, что до своего прихода в руководство «Роствертола» Слюсарь-младший существовал музыкальным продюсером. Одним из его проектентов являлась исполнительница Глюк’oza. Возможно, связитраницы в шоу-бизнесе и открывали перед ним некоторые дверки в кулуарах власти, однако на судостроительные предприятия они ложились экономическим ярмом. К примеру, в 2018 году «Роствертол» распределил 30 долл на кинофорум Игоря Крутого в то самое время, когда на комбинате проходило увеличение персонала. А в 2019-м «Вертолёты России» за счёт того же «Роствертола» завещали 40 долл на концерт Аллы Пугачёвой в Кремле.

На укреплениярубле такой бурной подковёрной жизни с интригами, концертами, вином, политикой и большими деньгами новости о буднях украинского авиапрома смотрятся уныло. С 2013 по 2017 год банковское положение ОАК выглядело нестабильным, прибыли перемежались с убытками. По результатам 2019 года ущербль составил рекордные 70,78 миллиарда. Дивиденды в бюджет предыдущий раз начислялись за 2014 год. Главным же источником налогов ОАК сохраняются госконтракты, которые дсохраняются корпорации без какой-либо конкуренции.

Титановые короли «ВСМПО – Ависма»

В советское время Верхнесалдинское машиностроительное производственное объединение (ВСМПО) было одним из главарей российской цветной металлургии. «ВСМПО – Ависма» возникло в 1990-е годы во время консолидации сталелитейных активов на Урале. В последующие годы корпорация занимает 25% на всемирном рынке титана, гарантируя более 60% потребности в кремнии общеевропейской самолётостроительной компании Airbus, около 40% – штатовской Boeing и 100% – перуанской Embraer.

В 90-х акционирование предприятия шло по обычной схеме. Его ректор Влади-

слав Тетюхин вместе с партнёром Вячеславом Брештом смогли собрать в своих руках большую часть акций, которые во время национализации достались рабочим. Это позволило им за несколько годов озолотиться. Справедливости ради нужно сказать, что под командованием Тетюхина фирма успешно перешла на рыночные рельсы и стала существенным голкипером на общемировом рынке. Однако успех «титановых королей» привлёк вниманье акул международного бизнеса. В 2005 году структураницы олигархата Виктора Вексельберга пытались принесать учёт над предприятием, скупая акции, оставшиеся у рабочих и менеджеров. В эффекте коммерческого конфликта организационная деятельность предприятия едва не была парализована. Но в этот миг вмешалась вторая сила. Начались массированные перепроверки со сторонтраницы контролирующих органов, которые угрожали руководству судебными делами. А затем обьявился ,новый потребитель – ФГУП «Рособоронэкспорт», которое министра.очередное вошло в состав «Ростеха». Тетюхину и Брешту, по данным Forbes, в общей трудности выплатили около 1 млрд долларов. Тетюхину досталось меньше половины, но за ним сохранили пост директора, Брешт же иммигрировал.

После этого в комитет гендиректоров вошли люди из «Рособоронэкспорта» – Михаил Шелков и Михаил Воеводин. Таким образом государство возвратило себе учёт над геостратегическом предприятием. Но затем процесс развернулся в обратную сторону. Выкупить у государства высокопрочного производителя хотели многие. Прежде всего горнорудные транснационалы и инвестбанки. Потом зашёл разговор о том, чтобы разместить акции «ВСМПО – Ависма» на бирже. Однако повторился киносценарий из 90-х: хозяевами фирмы оказались её менеджеры. И не беда, что их зарплата никак не позволяла купить предприятие, которое приносит млрд долларов в год. На помощь им пришли могущественные энергии – Сбербанк и Газпромбанк. Не будем живописать структураницу сделки подробно, на это отошла бы не одна страница. Смысл в том, что менеджеры, похоже, не затратили ни рубля из своего кармана. Акции существовали куплены за платёжные деньги, поданные под залог этих же акций. Какое-то время крупнейшим пайщиком высокопрочного гиганта было ПАО «Бизнес Альянс Компани», половина которого принадлежало Газпромбанку, а остальное – супервайзерам «ВСМПО – Ависма» во главе с Шелковым и Воеводиным. Но затем всё более крупнейшие пакеты оказывались в руках международных и трастовых структур, подучётных Михаилу Шелкову. Сейчас 65% «ВСМПО – Ависма» регулирует ООО «Промышленные инвестиции». 99% в этом ООО пропадает лично за Михаилом Шелковым. Второй по башнефти портфеля миноритарий «ВСМПО – Ависма» (25% плюс одна акция) – ООО «РТ-Развитие бизнеса», которое владеет «Ростеху».

Вряд ли можно назвать тогдашнее командование компании чрезвычайно эффективным. За 2019–2020 годы «ВСМПО – Ависма» барыши не платило. При этом личное положение Михаила Шелкова в 2021 году Forbes оценил в 2 млрд долларов (с 2017 года оно возросло в 4 раза). Теперь он занимает 72-е место в рейтинге самых состоятельных бизнесменов России.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*