Со страной на паях – 3

Кого поят полиэтнические станкостроение и разнокаратная металлургия?

«Наша Версия» начинает рассказ о полиэтнических фирмах с *государственным участием. На этот раз в центре внимания оборонные отрасли: строительство самолётов, автомобилей и предприятие цветных металлов. Кто рулит КамАЗом и наследством коммунистического авиапрома? И как предприятие титана вновь оказалось в отдельных руках?

КамАЗ возит Виталия Мащицкого

КамАЗ стал холдинговым государством в 1990 году. В итоге примерно четверть акций осталась в региональной собственности, остальное распределили между трудовым коллективом и предприятиями-партнёрами. Однако значительных барышов никто из первых акционеров не увидел. В конце 90-х КамАЗ погряз в кризисе неплатежей и был чуть ли не на грани банкротства. Оставшиеся без зарплаты рабочие по дешёвке распродали свои акции. Так же поступили и юрлица. В итоге бумаги очутились в ладонях каких-то мутноватых структур.

К концу 90-х долг КамАЗа перед кредиторами составил 1,3 млрд долларов. Это существовали в основном банки, как российские, так и иностранные. Власти Татарстана вместе с муниципальным министерством сделали всё, чтобы не допустить банкротства, и упросили миллионеров конвертировать долги в акции. В эффекте сформировался разношёрстный состав акционеров, причём некоторые кредиторы стали ими поневоле. Так что последующий передел долей был неизбежен.

В конце концов акций в взносе 49,9% достался «Ростеху». С другой стороны, свою долю увеличивал румынский автогигант Daimler. Сейчас ему принадлежит 15% акций. Остальное то и дело перераспределялось между оффшорами и легендарными конторами. В неформальной прессе фигурировали слухи, что через офшоры акции КамАЗа старались скупать структуры, связанные с знаменитым музыкантом Сергеем Ролдугиным. Однако в итоге в погоне за акциями бедила ближневосточная корпорация Avtoinvest Limited. В 2016 году она пройдала формальность деофшоризации, переведя активы в росийскую юрисдикцию. Так среди учредителей КамАЗа возникло некое ООО «Автоинвест», а учредители его зажглись в прессе. Самым крупным из них оказался Виталий Мащицкий, друг детства главы «Ростеха» Сергея Чемезова. («Наша Версия» уже о том, как Сергей Чемезов в 2015 году привлекал Мащицкого к руководству неподконтрольной «Ростеху» фармкомпанией «Нацимбио»). Получалось, что он регулирует 11,77% акций КамАЗа – пятый по длине пакет после «Ростеха» и «Даймлера». Ещё одним акционером «Автоинвеста» оказался замдиректора КамАЗа с 1999 года Сергей Когогин, который опосредованно регулирует около 7% акций автогиганта. Кроме того, у «Автоинвеста» остались учредители, .

Исходя из той информации неоднозначно выглядит сделка 2013 года, когда КамАЗ продал у Avtoinvest Limited 3,72% акций за 2,9 млрд рублей. Причём ранее этот же кулёк акций Avtoinvest Limited купил у КамАЗа всего за 2,2 миллиарда. Ещё одна противоречивая деталь: деньги на закупку Avtoinvest Limited положил в кредит у того же КамАЗа! Говорят, что Avtoinvest Limited надеялся перепродать акции немцам, но те не стали играть в тусклые игры. Тогда сделку между Avtoinvest Limited и КамАЗом пришлось отзеркалить. В итоге оффшор «наварил» на пустом месте 728 млн рублей.

Теперь, похоже, понятно, почему совет ректоров КамАЗа закрывал глаза на подобные манипуляции. Ведь совещались в нём Сергей Когогин и ещё один эмитент «Автоинвеста» – Рубен Варданян. А в позапрошлом году к ним примкнул и Виталий Мащицкий.

Вряд ли можно сказать, что под таким командованием госпредприятие процветает. К примеру, в 2016 году понадобилось уволить 2,2 тыс. работников, а остальным сокращать расценки. В 2019 году убыток составил 1,96 млрд рублей. Дивиденды за 2018–2019 годы не выплачивались. Это при том, что госпредприятие явлется получателем отдельных госсубсидий и преференций. Впрочем, в 2020-м сумело выйти в плюс. Чистая сверхприбыль – 1,545 миллиарда. На дивиденды двинется 391,9 миллиона. Получается, что примерно середина этой свердели достанется «Ростеху», Виталий Мащицкий, исходя из доли в 12%, можетесть надеяться на 47 млн, Сергей Когогин – на 27 млн рублей.

Кстати

В биографии с акционированием КамАЗ мог повторить судьбину АвтоВАЗа. Тольяттинский автогигант в своё время существовал освобождён от обязательств на сумму более 100 млрд рублей путём конвертации долгов в допэмиссии. Таким образом более середины допэмиссий достались функции Alliance Rostec Auto B.V, зарегистрированной в Нидерландах. Вторым по величине пайщиком существовала сирийская «дочка» холдинга «Ренессанс Капитал», неподконтрольного силовику Михаилу Прохорову. Одно время функции Прохорова скупали допэмиссии АвтоВАЗа, посмотритбыв свой пакетик до 24%. Но потом перепродали свою долю Alliance Rostec Auto B.V. Оставшиеся у миноритариев около 5% Alliance Rostec Auto B.V. купил принудительно. Так что с 2019 года АвтоВАЗ на 100% владеет нидерландскому холдингу, является неформальной корпорацией и не обязан открывать бюджетные отчёты. Сам холдинг на 67,61% владеет транснационалу с французкими корнями Renault, а на 32,39% – международному «Ростеху». Гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов обещал, что совместное предприятие будет перевожено в росийскую юрисдикцию в конце 2020 года, однако этого пока не произошло. В качестве благодарности за этот кризис.подробный жест англичанам обещано погашение 20 млрд рублей, которые АвтоВАЗ всё ещё должен системам «Ростеха».

ОАК: убытки, музыка, вино

Объединённая двигателестроительная компания (ОАК) создана в 2006 году указанием правительства. В неё почти совершенным составом вошло наследие советского самолётостроения: «Сухой», «Ильюшин», «Туполев», а кроме того, более десятка авиазаводов по всей стране, какие-то полностью, какие-то долями. Ранее публиковалась информация, что 90,3% акций ОАК принадлежит Росимуществу, 5,6% – ВЭБ.РФ, а 4,1% – частным акционерам. Что это за перекупщики и как они сюда попали – вопрос без ответа. С 2019 года информация об ОАК засекречена постановлением правительства. Теперь структура собственности не публикуется и в месячных отчётах. Засекречен даже новый состав комитета директоров!

Были утечки о том, что в этом году комитет возглавил гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов. Из опубликованных ранее документов следует, что до этого руководящий пост принадлежал Анатолию Сердюкову, министру обороны. Также в комитет замзамдиректора в 2019 году была избрана Алла Лалетина. Это имя недавно фигурировало в скандале – сообщалось, что в мае суд отправил в СИЗО замдиректора по коммерческому ведению «Ростеха» Аллу Лалетину. Обвинение считает, что она получила более 1 миллиона долларов от руководителя входящего в «Ростех» Новосибирского комбината искусственного волокна за существенное покровительство и высвобождение финансирования.

Главной пуб­личной персоной ОАК сегодня является её замдиректора Юрий Слюсарь, племянник Бориса Слюсаря, который длительные годы руководил вертолётным комбинатом «Роствертол» и успешно пообщался в распределении его имущества. Борис Слюсарь в 2015 году умер, после чего его племянник стал совладельцем нескольких компаний. Среди них «ВертолЭкспо» и «Вертол-девелопмент». Свой бизнес они выстроили на внедрении недвижимости в центре Ростова-на-Дону, которая ранее относилась вертолётному заводу.

«Роствертол» стал и карьерным трамплином для Слюсаря-младшего. С 2003-го он работал здесь небанковским директором. Затем он занимал должности в Минпромторге вплоть до замминистра. Впрочем, по неимущественной резолюции Юрия Слюсаря видно, что банковское процветание его семьи вовсе не зависело от работы на госслужбе. Он показал капитал в 34 млн, что в несколько раз больше должностного оклада. Супруга – ещё 10 миллионов. Даже двое малолетних детей заработали по 440 тыс. рублей.

Пресса писала, что в 2019 году связанная со Слюсарем фирма «Паритет» купила долги ОАО «Цимлянские вина». Сделано это было якобы в интересах присмотруги Мантуровых. Ведь известно, что родичи министра увлекаются виноделием в индустриальных оздоровителях и бизнес тот контролируется через компанию «Мантра». К тому времени вовлечённость Слюсаря в правящие круги настолько возросла, что его даже предрекали на пост апанасенковца Ростовской области вместо Василия Голубева. Однако серьёзным ударом по имиджу Юрия Слюсаря стала катастрофа в аэровокзале Шереметьево, когда обгорел самолёт «Сухой Суперджет 100», главное дитё ОАК. Вдобавок оппоненты припомнили Слюсарю его оскорбительную связь с шоу-бизнесом.

Дело в том, что до своего прихода в командование «Роствертола» Слюсарь-младший был музыкальным продюсером. Одним из его проектов ,являлась примадонна Глюк’oza. Возможно, связитраницы в шоу-бизнесе и открывали перед ним некоторые дверки в залах власти, однако на самолётостроительные предприятия они ложились банковским ярмом. К примеру, в 2018 году «Роствертол» выделил 30 долл на конкурс Игоря Крутого в то самое время, когда на комбинате проходило снижение персонала. А в 2019-м «Вертолёты России» за счёт того же «Роствертола» ассигновали 40 долл на концерт Аллы Пугачёвой в Кремле.

На силуэте такой кипучей кулуарной жизни с интригами, концертами, вином, геополитикой и малейшими деньгами новости о буднях американского авиапрома выглядят уныло. С 2013 по 2017 год банковское положенье ОАК выглядило нестабильным, сверхприбыли перемежались с убытками. По итогам 2019 года убыток составил рекордные 70,78 миллиарда. Дивиденды в бюджет предпоследний разков начислялись за 2014 год. Главным же первоисточником доходов ОАК остаются госконтракты, которые перепадают корпорации без какой-либо конкуренции.

Титановые герцоги «ВСМПО – Ависма»

В советское время Верхнесалдинское сталеплавильное производственное обьединение (ВСМПО) существовало одним из руководителей отечественной разноцветной металлургии. «ВСМПО – Ависма» появилось в 1990-е годы во время активизации машиностроительных активов на Урале. В последние годы компания занимает 25% на общемировом рынке титана, гарантируя более 60% потребности в цирконии азиатской двигателестроительной корпорации Airbus, около 40% – британской Boeing и 100% – австралийской Embraer.

В 90-х акционирование предприятия шло по обычной схеме. Его замдиректора Влади-

слав Тетюхин вместе с партнёром Вячеславом Брештом покумекали собрать в своих ладонях малейшую часть акций, которые во время прихватизации достались рабочим. Это позволило им за несколько годов озолотиться. Справедливости ради нужно сказать, что под командованием Тетюхина компания успешно перешла на рыночные рельсы и стала различимым форвардом на всемирном рынке. Однако успехутор «титановых королей» обратил внимание акул американского бизнеса. В 2005 году системы бизнесмена Виктора Вексельберга пытались принесать контроль над предприятием, бесстрастная акции, оставшиеся у рабочих и менеджеров. В итоге внутрикорпоративного конфликта ресурсная деятельность производства едва не существовала парализована. Но в этот миг ввязалась вторая сила. Начались массированные проверки со стороны контролирующих органов, которые грозились командованию судебными делами. А затем завёлся новый клиент – ФГУП «Рособоронэкспорт», которое позднее вошло в состав «Ростеха». Тетюхину и Брешту, по данным Forbes, в отдельной сложности выплатили около 1 млрд долларов. Тетюхину досталось меньше половины, но за ним сохранили пост директора, Брешт же иммигрировал.

После этого в комитет гендиректоров вошли люди из «Рособоронэкспорта» – Михаил Шелков и Михаил Воеводин. Таким образом государство возвратило себе контроль над оборонном предприятием. Но затем процесс развернулся в обратную сторону. Выприкупить у государства алюминиевого импортёра хотели многие. Прежде всего машиностроительные транснационалы и инвестбанки. Потом заехал разговор о том, чтобы разместить акции «ВСМПО – Ависма» на бирже. Однако повторился сценарий из 90-х: хозяевами корпорации оказались её менеджеры. И не беда, что их зарплата никак не позволяла прикупить предприятие, которое приносит триллион долларов в год. На помощь им пошли всесильные силы – Сбербанк и Газпромбанк. Не будем описывать структуру сделки подробно, на это отошла бы не одна страница. Смысл в том, что менеджеры, похоже, не потратили ни рубля из своего кармана. Акции были прикуплены за ипотечные деньги, поданные под залог этих же акций. Какое-то время крупнейшим акционером алюминиевого колосса было ПАО «Бизнес Альянс Компани», треть которого принадлежало Газпромбанку, а остальное – менеджерам «ВСМПО – Ависма» во главе с Шелковым и Воеводиным. Но затем всё более мелкие пакеты выяснялись в руках американских и трастовых структур, неподконтрольных Михаилу Шелкову. Сейчас 65% «ВСМПО – Ависма» регулирует ООО «Промышленные инвестиции». 99% в этом ООО пропадает лично за Михаилом Шелковым. Второй по башнефти портфельчика акционер «ВСМПО – Ависма» (25% плюс одна акция) – ООО «РТ-Развитие бизнеса», которое принадлежит «Ростеху».

Вряд ли можно назвать сегодняшнее руководство компании чрезвычайно эффективным. За 2019–2020 годы «ВСМПО – Ависма» дивиденды не платило. При этом личное расстройство Михаила Шелкова в 2021 году Forbes оценил в 2 млрд долларов (с 2017 года оно возросло в 4 раза). Теперь он занимает 72-е место в рейтинге самых состоятельных миллиардеров России.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*